История началась в Кастельоне, куда к родителям мужа из городка Санта-Барбара переехала пара – 35-летний мужчина и 29-летняя женщина. С собой они привезли трех малолетних дочерей, но детей у них было 4. Полуторагодовалого сына по имени Низан с родителями не оказалось. На вопрос, где же малыш, мама и папа не могли ответить внятно, путались и все время придумывали разные причины.
Дедушка стал подозревать неладное и настойчиво расспрашивать невестку. В итоге та не выдержала и сделала жуткое признание: малыш мертв, а его тело супруги спрятали в коробке в их прежнем каталонском жилье.
Дедушка тут же обратился в полицию. А родители бросили дочерей и попытались спешно покинуть регион, однако сотрудники Национальной полиции перехватили их на Северном вокзале Валенсии, когда те хотели сесть на поезд. Трех девочек передали под опеку дедушке, а родителей арестовали.
На начальном этапе следствия у правоохранителей даже возникали сомнения: существовал ли четвертый ребенок на самом деле или это плод бреда и путаницы в показаниях. Однако сомневаться не позволила архивная публикация мэрии Санта-Барбары. Маленький Низан родился 14 января 2025 года и стал городской знаменитостью – первым ребенком, появившимся на свет в муниципалитете в том году.
Тогда городские власти торжественно чествовали семью, мэр и советники лично поздравили маму, ей вручили подарки и сделали вот это официальное фото для муниципальных хроник.
Кстати, на фото нет папы и младшей дочери, тогда ей было всего шесть месяцев. А позже выяснилось, что у этой семьи вообще было 6 детей, но двух старших до этого изъяли власти коммунидада Валенсия из-за ненадлежащего ухода. Изначально супруги жили в Кастельоне, потом переехали в Каталонию, а затем вернулись в Валенсию.
В доме нашли кости ребенка, трупы собак и 28 еле живых псов
Следствие сосредоточилось на доме семьи на улице Майор в Санта-Барбаре. Внутри оперативников встретил ужасающий хаос: помещение буквально утопало в горах отходов и собачьих экскрементов. В комнатах были заперты 28 истощенных собак, а среди мусора разлагались трупы погибших животных.
Главный вопрос заключался в том, где именно спрятано тело. В таких старых домах всегда есть глухой внутренний дворик (patio) и хозяйственные пристройки, где пол не залит бетоном, а состоит из обычной утрамбованной земли.
Во время следственного эксперимента мать под конвоем привезли в дом, где она лично указала оперативникам конкретную точку. Оказалось, что родители вырыли яму в земляном грунте под завалами хлама, опустили туда картонную коробку с телом ребенка, закопали ее и сверху забросали мусором.
Сейчас останки малыша направли на судебно-медицинскую экспертизу, которая установит дату и причину гибели – наступила ли смерть от болезни, крайнего истощения или прямого насилия.
Сейчас суд квалифицирует действия родителей как умышленное убийство, а также вменяет им неоказание помощи и оставление в опасности.
Почему власти не предотвратили трагедию?
Главный вопрос, который задает общество: как семья с явными признаками неблагополучия и психических отклонений могла годами оставаться вне контроля?
- Децентрализация полномочий
Как выяснилось, семья вовсе не была невидимкой для системы. В комунидаде Валенсия, напомним, у них изъяли двоих детей. Но когда пара переехала в каталонскую Санта-Барбару, данные о них не передали. К сожалению, это огромный минус автономных сообществ. В Каталонии на семью завели новое местное досье, но как просто на малоимущих, жесткого предписания следить за семье из-за изъятия у них не было. - Иллюзия благополучия
Мэр Санта-Барбары Антонио Химено подтвердил, что дети ходили в местную школу, а мать внешне вела обычную жизнь: отводила дочерей на занятия, ходила в магазины, посещала детские дни рождения. На официальных мероприятиях (включая чествование в мэрии за первого ребенка года) семья держалась опрятно, создавая обманчивое впечатление пусть бедной, но социально адаптированной ячейки общества. - Неприкосновенность жилища
Психические расстройства родителей – синдром патологического накопительства (синдром Диогена) и неконтролируемое собирательство животных (синдром Ноя) – прогрессировали за закрытыми дверями. По испанскому законодательству социальный работник не имеет права войти в дом без добровольного согласия жильцов или специального ордера суда. Родители встречали сотрудников соцслужб у порога, брали положенную гуманитарную помощь и не пускали сотрудников внутрь. - Жалобы соседей списывали на «бытовой конфликт»
Соседи по улице Майор неоднократно жаловались в полицию и муниципалитет на лай своры собак и плохой запах. Однако эти сигналы годами квалифицировались властями как типичные нарушения, а не как прямая угроза жизни находящихся внутри детей.
Сейчас региональные власти инициировали служебное расследование действий социальных служб, чтобы выяснить, на каком этапе цепочка формальных отчетов привела к трагедии.
